Зарегистрируйтесь и получите бесплатный доступ к функционалу на весь 2019 год

Насколько резко после 1 июля вырастут цены на топливо?

1 июля 2019 г.15:12

Итак, с 1-го июля потеряло силу соглашение Правительства с нефтяниками о сдерживании роста цен на топливо. То есть сейчас, по идее, цены на топливо будут расти так, как того требует рынок, а также финансовые интересы нефтяных компаний и независимых АЗС. Насколько же значительным может оказаться этот рост?

Напомним, что соглашение о «заморозке» розничных цен на топливо между Правительством и нефтяными компаниями было заключено еще 30-го мая прошлого года. Правда, действовало оно больше на словах и под угрозой введения заградительных экспортных пошлин на нефть, в которую, собственно, никто по-настоящему не верил: заградительные пошлины в первую очередь угрожали доходности бюджета, который в прошлом году впервые за четыре года, наконец-то, оказался профицитным.

В ноябре между Правительством и нефтяными компаниями было заключено уже «настоящее» соглашение. Оно главным образом должно было поддержать положение независимых АЗС, которые в условиях, когда рост розничных цен был приостановлен, а оптовых — продолжался, еле-еле выходили на минимальную самоокупаемость.

В ноябрьском соглашении нефтяные компании обязались снизить мелкооптовые цены до уровня июня и обеспечивать ежемесячные поставки топлива на биржу в размере, на 3% превышающем нормы 2017-го года. С 1-го января 2019-го года в связи с увеличением НДС и акцизов цены было разрешено поднять на 1,7%, а с февраля — исключительно в соответствии с инфляцией.

Действие соглашения должно было истечь 1-го апреля, однако в конце марта его решили продлить еще на 3 месяца, до 1-го июля.

Тогда в Правительстве отмечали, что решение приняли не столько из-за нестабильности рынка (рынок, наоборот, характеризовали как стабильный), сколько для «перестраховки». Плюс, «паузу» в 3 месяца собирались использовать для того, чтобы разработать и согласовать со странами ЕАЭС новый инструмент — лицензирование экспорта (позволяет осуществлять внешние поставки нефтепродуктов только после наполнения ими внутреннего рынка), а также для корректировки демпфирующего механизма.

Демпфирующий механизм

Его формула, грубо говоря, выглядит так: 60% разницы между экспортной и установленной Правительством внутренней условной ценой на бензин и дизельное топливо. Эти 60% разницы идут нефтяным компаниям в обмен на их отказ от усиленных поставок топлива на экспорт.

Еще накануне, перед тем как демпфирующий механизм начал применяться (а произошло это с 1-го января 2019-го года), в Правительстве уверяли, что он и без всяких «заморозок» цен, исключительно сам по себе, способен стабилизировать рынок.

Однако уже даже по истечении января стало очевидно: по бензину демпфер, в принципе, не работает. А к началу марта убытки нефтяных компаний, по расчетам главы «Лукойла» Вагита Алекперова, составили около 50 млрд. рублей. Вместо обещанных им компенсаций…

Сейчас формула демпфера должна быть изменена в пользу нефтяников. Таким образом, по оценкам главного экономиста Vygon Consulting Сергея Ежова, в итоге, она повысит размер компенсаций чуть ли не до 100% при низких ценах на нефть и до 80% — при высоких.

Считается, что в новом виде механизм должен заработать уже с 1-го июля (по крайней мере, именно при этом условии нефтяники в свое время согласились еще 3 месяца удерживать цены).

Однако его пересмотр только на этот год требует из бюджета около 190 млрд. рублей. Откуда их взять, Правительство между собой так толком и не определилось.

На оставшийся год, правда, уже договорились достать средства для нефтяников за счет нефтяников — увеличением налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ) и введением акциза на те нефтепродукты, которые ранее акцизами не облагались (средние дистилляты, мазут и вакуумный газойль).

Решение же на последующие годы (Министерство энергетики, которое боится, что могут пострадать добыча и переработка, просит «распечатать» Фонд национального благосостояния, а Министерство финансов против этого) пока не озвучивали.

Мало того. Измененная формула демпфирующего механизма до сих пор не принята Государственной Думой.

В Правительстве, правда, уверяют, что она в любом случае, даже без наличия законопроекта, заработает с 1-го июля (законопроект должен быть одобрен к августу).

И, конечно, члены Кабинета министров обещают, что уж теперь-то демпфирующий механизм действительно будет работать и сдерживать цены на топливо.

Эксперты, в свою очередь, подчеркивают, что работать он будет только до тех пор, пока стоимость нефти не превысит 80 долларов за баррель.

В то же время…

В последние месяцы действия соглашения уже отметились два случая существенного роста цен.

Во-первых, с 15-го апреля по 15-е мая оптовые цены на АИ-92 увеличились на 23%, на АИ-95 — на 18,5%.

Во-вторых, начало дорожать топливо на АЗС в Сибири и Дальнем Востоке.

Плюс, планы по введению еще одного инструмента — лицензирования экспорта — повторно не подтверждали. И, как отмечают эксперты, вряд ли подтвердят: этот инструмент совершенно не выгоден нефтяным компаниям.

Означает ли все это, что теперь цены на топливо по всей стране пойдут вверх?

По словам исполнительного директора Российского топливного союза (РТС) Григория Сергиенко, на данный момент ситуация складывается так, что резкого подорожания топлива не должно быть. Рост цен, как и оговаривали в Правительстве, возможен на уровень инфляции.

«Последнее повышение было логичным и соответствовало действовавшему тогда соглашению — в пределах роста текущей инфляции (+2,3%), — отмечает представитель РТС. — При этом в регионах Дальнего Востока рост розничных цен действительно был выше. Там с момента заключения соглашения образовалась т.н. «ценовая яма»: доходность продаж в 1,5-2 раза ниже, чем в европейской части России».

Толчком к подорожанию топлива, объясняет Григорий Сергиенко, стал существенный рост биржевых цен: из-за того что повысилась стоимость нефти на мировом рынке, нефтяные компании увеличили экспорт, уменьшив предложение на внутреннем рынке, включая и торги на бирже.

«Однако рост мировых цен в мае в июне сменился падением (по состоянию на 1-е июля баррель нефти марки Brent стоит чуть больше 66 долларов – прим.), — описывает ситуацию исполнительный директор РТС. — Одновременно Министерство энергетики и ФАС предприняли меры по ограничению экспорта. И все это сейчас привело к стабилизации внутреннего топливного рынка».

Выровнялось за время действия соглашения, по словам Григория Сергиенко, и положение независимых АЗС. Если до ноября прошлого года их маржа не достигала и 3% (а по дизельному топливу была даже отрицательной), то теперь доходность составляет около 8-12%.

«Благодаря затовариванию внутреннего рынка в конце прошлого года и в начале этого биржевые и мелкооптовые цены на топливо вплоть до апреля снижались, а розничные оставались стабильными, — объясняет исполнительный директор РТС. — В таких условиях доходность розничных продаж по отдельным видам топлива повысилась до 20-30%, а независимые АЗС смогли даже частично компенсировать убытки, накопившиеся с мая по ноябрь прошлого года, когда действовала «заморозка» розничных цен».

«Повышение биржевых цен в апреле-мае, — продолжает он, — привело, конечно, к снижению маржи до 8-12%, однако это пока терпимо».

Таким образом, подытоживает Григорий Сергиенко, положение независимых АЗС отличается от того, что наблюдалось в октябре прошлого года. Тогда искусственное сдерживание розничных цен грозило массовым закрытием заправок. И если бы тогда цены разрешили «разморозить», их, для того чтобы остаться на плаву, действительно начали бы существенно повышать. Сейчас такие риски пока отсутствуют.

Вместе с тем исполнительный директор РТС считает, что верить в надежность измененного демпфирующего механизма преждевременно. Он вспоминает, что ранее, вводя в январе демпфер вместе с «налоговым маневром», Правительство уже заверяло в его эффективности и способности стабилизировать ситуацию на рынке.

«Однако рыночная реальность этого года опровергла благостные прогнозы и потребовала корректирующих действий, — отмечает Григорий Сергиенко. — Поэтому верить в оптимальность демпфирующего механизма пока нет оснований. Все будет зависеть от развития ситуации на мировом нефтяном рынке».

По мнению исполнительного директора РТС, при стоимости нефти выше 80 долларов за баррель нефтяные компании, вопреки возможным компенсациям, могут увеличить экспорт, что повлечет за собой рост розничных цен выше уровня инфляции и опять потребует применения «уже опробованного властно-ручного метода» — вмешательства государства.