Зарегистрируйтесь и получите бесплатный доступ к функционалу на 3 квартал 2020 года

Значительного снижения цен на топливо ждать не стоит

27 июня 2018 г.18:22

В результате предпринятых мер (снижение акцизов, договоренность с нефтяными компаниями о заморозке цен) Правительству таки удалось остановить стремительный рост стоимости топлива на внутреннем рынке, который до того только за одну неделю, с 21-го по 27-е мая, составил в среднем почти рубль на один литр. Данные Росстата и Thomson Reuters Kortes даже свидетельствуют о том, что с начала июня бензин и дизельное топливо в среднем по стране каждую неделю дешевеют на 3-4 копейки.

Однако значительного снижения цен на топливо при этом все равно ждать не стоит. Почему — об этом в интервью с исполнительным директором Российского топливного союза Григорием Павловичем Сергиенко.

— Григорий Павлович, скажите, можно ли было изначально предвидеть, что цены на топливо на внутреннем рынке начнут резко расти, и не допустить подобного развития ситуации?

— Еще тогда, когда Правительство задумало провести налоговый маневр, в результате которого экспортные пошлины на нефтепродукты постепенно должны быть снижены до нуля, эксперты топливного рынка его предупреждали: в случае, если цены на нефть на мировом рынке начнут расти, на фоне пониженной экспортной пошлины все сложится так, как сейчас и сложилось. Нефтяным компаниям станет выгоднее увеличивать объемы поставок на внешний рынок, из-за чего на внутреннем образуется дефицит топлива, который обязательно обернется ростом цен.

Однако стоит сказать, что Правительство на тот момент (а налоговый маневр был запущен в начале 2015-го года) действовало в непростых условиях. Из-за кратного снижения цены на нефть на мировом рынке в бюджете образовался дефицит, и нужно было найти дополнительные источники доходов. Остановились на нефтяных компаниях. Наверное, еще и потому, что вспомнили попутно о наших партнерах по ЕАЭС: у них экспортные пошлины ниже и мы в рамках принятых обязательств по созданию единого экономического пространства обещали выровнять ситуацию.

При этом предполагалось, что действие пониженных экспортных пошлин в какой-то мере можно нивелировать с помощью снижения акцизов на топливо (что, собственно, сейчас, хоть поздно, но сделали). Однако Правительство предприняло обратное — повысило акцизы. И если бы не рост цен на топливо, с 1-го июля акцизы на топливо были бы повышены второй раз за текущий год.

Почему Правительство, осознавая, безусловно, опасность такого решения, все равно на него пошло? Из-за потребностей региональных бюджетов. Для них акцизы на топливо — один из основных источников средств, направляемых на развитие дорожной инфраструктуры. Чем еще закрыть эту «дыру» (особенно при условии дефицита федерального и большинства региональных бюджетов), тогда, видимо, не знали.

Плюс, в Министерстве финансов в период нынешнего роста нефтяных цен решили стабилизировать курс рубля и посредством покупки валюты в резерв «отвязали» его от нефти. Если бы этого не было сделано, при росте цен на нефть рубль стал бы укрепляться. А так курс рубля остался прежним и растущая рублевая доходность за поставку нефтепродуктов на экспорт сделала внешний рынок еще более привлекательным.

Фото: пресс-служба ОАО «РЖД»

Правительство, повторюсь, принимало все эти решения в сложных финансовых условиях и действовало по ситуации. Тогда, наверное, руководствовались принципом: сейчас главное — «вылечить» конкретную проблему, а о последствиях будем думать потом... А в итоге получилось то, что получилось.

— Помимо того, что Правительство пошло на снижение акцизов, оно также договорилось с нефтяными компаниями о «заморозке» цен на топливо. После этого рост цен действительно остановился. Однако эксперты отмечают, что их долгое искусственное сдерживание, наоборот, приведет к еще более негативным последствиям: уничтожению независимых АЗС и росту цен на бензин чуть ли не до 100 рублей за литр.

Вы разделяете такой пессимистичный прогноз?

— Отчасти да, разделяю. Просто сейчас есть все условия для того, чтобы этот пессимистичный прогноз сбылся.

Ведь что произошло… В какой-то момент оптовые цены на моторное топливо резко пошли вверх, а розничные в то же время от них отстали. Это, естественно, привело к дисбалансу цен. Причем доходило даже до абсурда: оптовые цены поднимались выше розничных.

Потом указанием сверху розничные цены «заморозили». Независимые АЗС уже тогда работали с отрицательной доходностью. При этом нефтяные компании, отдавая в поставках предпочтение экспорту, уменьшили предложение на бирже и тем самым еще посодействовали повышению оптовых цен.

И что получилось? Розничные цены — «заморожены», оптовые — растут. Для независимых АЗС (особенно для тех, у кого нет запасов, приобретенных ранее по меньшей стоимости) такая ситуация — коллапс. Им просто нет смысла работать себе в убыток.

Правда, Правительство пошло навстречу и снизило акцизы на топливо, после чего оптовые цены несколько упали и независимые АЗС даже начали выходить в положительную доходность, однако этого все равно пока недостаточно.

Для нормальной работы АЗС маржа должна составлять 10-12 процентов, сейчас она в среднем колеблется в районе 3-5 процентов. Если розничные и оптовые цены не будут приведены в соответствие, то независимые АЗС просто не смогут работать в таких условиях и начнут закрываться.

Дефицит топлива

Фото: Владимир Смирнов/ТАСС

А что значит закрытие заправок?.. Сейчас в России около 23 000 уличных АЗС, из них только 9 000 принадлежит нефтяным компаниям, остальные — независимые.

Если значительная часть независимых АЗС прекратит свою деятельность, то их объемы продаж перейдут на АЗС нефтяных компаний, а они с такой нагрузкой просто не смогут справиться. В итоге, возникнет дефицит топлива, который, естественно, вызовет дальнейший рост цен.

Не знаю, будет ли рост настолько стремительным, чтобы литр топлива стоил аж 100 рублей, но он точно будет, если ситуация не изменится.

— Как долго можно искусственно сдерживать цены?

— Не знаю, как долго… Сейчас розничный рынок испытывает большое давление. Он и так работает себе в убыток, а от него еще требуют: «Снижайте цены!» Губернаторы регионов, в частности, ждут, когда подешевеет топливо, потому что иначе «летят» все бюджеты.

Однако каким образом владельцы АЗС в нынешней ситуации могут вдруг снизить цены, когда они и без того еле выживают? Должны снизиться оптовые цены. Но нефтяные компании тоже не спешат идти на такие меры, потому что для них это убытки. На совещании у Президента 20-го июня прозвучала цифра в 1 млрд. рублей: якобы столько нефтяные компании ежедневно теряют из-за того небольшого снижения оптовых цен, которое уже произошло.

А розничному рынку снижение оптовых цен просто необходимо. И не для того, чтобы снизить розничные, а для того, чтобы хотя бы удерживать их на нынешнем уровне. Если же оптовый рынок не пойдет навстречу, розничные цены придется повышать. Другого пути, чтобы нормализовать доходность этого бизнеса, нет.

— Получается, что значительного снижения цен на топливо (например, до показателей, с которых и начался рост) ждать не стоит?

— А с чего они вдруг должны так резко снижаться? Для этого нет никаких предпосылок.

Для того чтобы это произошло, должна быть также снижена налоговая нагрузка (а она сейчас, кстати, составляет почти 70% от стоимости топлива).

Митинг оппозиции

Фото: Максим Григорьев/ТАСС

Да, Правительство пошло на уменьшение акцизов, но, во-первых, вынужденно и только на этот год. На следующие годы, я видел проекты предложений Минфина, акцизы планируют проиндексировать от показателей, действовавших до вынужденного снижения.

А во-вторых, остальная налоговая нагрузка в стоимости топлива осталась без изменений, наоборот, в рамках разработанного плана завершения налогового маневра она даже намечена к росту (тот же налог на добычу полезных ископаемых).

Нет у нас других источников пополнения бюджета, способных заместить нефтегазовые доходы.

Кроме того, розница несколько месяцев работала и продолжает работать с минимальной доходностью. А потому даже не стоит ждать, что кто-то, уже понеся потери, ради каких-то высоких целей под угрозой банкротства, начнет резко снижать цены. Наоборот, эти потери будут стремиться компенсировать. Как только у АЗС появится возможность повышать цены, они начнут это делать.

Можно говорить о стабилизации и отсутствии стремительного роста цен, но не ждать их падения до прежнего уровня.

— Те меры, которые еще дополнительно пытается предпринять Правительство, в частности предусмотреть для себя возможность повышения экспортной пошлины на нефтепродукты, они способны в дальнейшем  предотвратить такой резкий рост цен на топливо, как в этом году?

— В целом, да. Экспортная пошлина должна выполнять функцию регулятора, уравнивающего внешний и внутренний рынки. Такой механизм у нас, кстати сказать, действовал до 2015-го года, до того времени, пока Правительство не начало налоговый маневр. Как только наблюдалось существенное увеличение доходности внешнего рынка, повышалась экспортная пошлина — и ситуация стабилизировалась.

Сейчас Правительство пересмотрело параметры налогового маневра (а уже принято окончательное решение его продолжать) и подготовило соответствующий законопроект.

Обновленный налоговый маневр подразумевает постепенное, в течение шести лет, снижение экспортной пошлины до нуля с одновременным повышением налога на добычу полезных ископаемых. Это должно поднять внутреннюю цену на нефть. Однако Правительство все равно намерено оставить за собой право в случае форс-мажора вводить экспортную пошлину.

Роснефть

Казалось бы, последнее противоречит самой сути налогового маневра. Но иного экономического механизма, способного регулировать пропорции внутреннего и внешнего рынка, у Правительства нет.

— Как, на Ваш взгляд, будет развиваться ситуация со стоимостью топлива на внутреннем рынке в ближайшие месяцы?

— Многое зависит от ситуации на внешнем рынке и от того, как быстро и эффективно Правительство сможет реагировать на происходящее.

Сейчас уже очевидно, что внешнему рынку грозит дефицит нефти, а это значит, что стоимость барреля может подняться до 100 долларов. Чтобы этого не произошло, необходимо увеличивать добычу.

Как раз в эти дни в Вене проходит совещание стран, входящих в договор ОПЕК+. Если они не смогут договориться об увеличении добычи нефти, баррель начнет расти, доходность внешнего рынка станет еще привлекательнее и наши нефтяники, несмотря не на что, вновь переориентируют большую часть своих объемов на него.

В таком случае снова возникнет дефицит топлива на внутреннем рынке, который обернется очередным ростом цен.

P.S. Во время написания материала стали известны результаты совещания в рамках ОПЕК+. Странам удалось договориться о повышении добычи на 1 млн. баррелей в сутки. Российская «квота» при этом увеличивается на 170-180 тыс. баррелей в сутки.